Абалакское поле возможностей

IX фестиваль исторической реконструкции «Абалакское поле» с его битвами на мечах, крутым фолк-концертом и неизменно тонизирующими ливнями был хорош. Это то, что я называю отличным имиджевым и туристическим продуктом. У Тобольска (следовательно, Тюменской области) такой продукт есть. Он аутентичен, атмосферен, позволяет хоть ненадолго вырваться из повседневности и погрузиться в иные реалии.

Но мне кажется, что этому фестивалю уже жмут его юношеские штаны, и он может качественно рвануть вперед и вверх, окончательно превратившись в супер-фестиваль российского и международного уровня. Самое главное – замысел и гарантированный поток в 15–20 тысяч человек у него уже есть. Осталось решиться на реформы и начать меняться к лучшему, причем стремительно. О том, какие изменения нужны, я и хочу поговорить.

Битва за быт

Начну с основ – бытовых условий. На «Абалакское поле» многие гости из других регионов приезжают с палатками и занимают низину под крепостью. Во-первых, это решает вопрос с проживанием и, во-вторых (и это главное), придает заезду необыкновенную романтику и кайф. Но есть и минусы, которые организаторы по мере сил решают, но пока недостаточно.

Первое – туалеты. В этом году почти в центре палаточного лагеря стояли три биотуалета – два для девушек и один для мужчин. С одной стороны, здорово, ибо, простите за подробности, в отсутствие туалета туалетом становятся все окрестные леса и кусты. С другой – этого по-прежнему критически мало для более чем тысячи человек (а ведь надо, чтобы приезжало больше!), поэтому уже утром в субботу, в первый день фестиваля, туда было просто невозможно зайти (не буду приводить натуралистических подробностей, но это было действительно жутко).

И это не проблема Абалака или его публики – любой общественный туалет, будь он хоть в «Макдональдсе» в центре Нью-Йорка, превращается в тихий ужас, если за ним не следить и его не убирать. Так что в палаточном лагере Абалака туалетом по-прежнему оставались все окрестные леса и кусты. Поэтому, как мне кажется, в низине туалетов должно быть больше, они должны быть распределены по территории лагеря, и их нужно постоянно обслуживать (отмывать и откачивать), чтобы люди хотя бы решались туда заглянуть.

Наверху же, в крепости с этим было намного меньше проблем. Там организаторы разместили действительно много туалетов. Но! Они по своим принципам работы ничем не отличались от биотуалетов и точно так же не убирались, поэтому над третью городища навис соответствующий запах, что, конечно, имеет прямую связь с ранним Средневековьем, но лучше бы ее не было. Так что, я убежден, внутри крепости все туалеты должны быть подключены к водопроводу и должны обслуживаться не хуже, чем в «Макдональдсе». Тогда вопрос базового комфорта для тысяч гостей фестиваля будет решен.

Второе – доступ к расходным материалам. В этом году организаторы провели в палаточный лагерь кран с чистой водой. Это классно! Но ведь мы хотим, чтобы в низине тусовалась не тысяча постояльцев, а кратно больше, поэтому таких кранов должно быть штук пять в разных частях лагеря. Аналогично с телегами для сбора мусора. И еще – расставить по лагерю несколько возов с дровами, чтобы люди могли греться у костров без разграбления окрестных лесов.

Третье – подъем из низины в крепость. Сейчас для этого существует одна несчастная деревянная лестница, которая каждый год вроде как чинится, но тут же разваливается обратно (все-таки она одна на весь гигантский лагерь), из-за чего туристы вынуждены прыгать через зияющие провалы на месте ступенек. Таких лестниц, как понятно из логики моего повествования, тоже должно быть по меньшей мере три, причем добротных и крепких.

Следующий шаг – это возможное разграничение отдельных участков лагеря организаторами, чтобы люди приезжали и занимали конкретные подготовленные площадки. Это структурирует палаточный городок, сделает его менее хаотичным и более удобным для жизни. Такое нововведение будет сложно продавить через консерватизм старых «абалачников», привыкших за эти годы к свободному разделению владений, но если оно появится – жизнь палаточного городка заиграет новыми красками.

Полевые условия

Перейдем непосредственно к фестивалю и его наполнению. Собственно, почему он вырос из своего уровня. Посмотрите, сколько людей приезжает на фестиваль – больше десяти тысяч человек, и сколько может наблюдать за его центральной программой на ристалище? Триста человек. Если сильно упихаться и сидеть на головах друг у друга, а также на крышах вокруг центральной сцены, можно набрать четыреста. Все.

На этом фестивале организаторы устроили шоу с реконструкцией скандинавских средневековых похорон и сжиганием драккара. Так получилось, что посмотреть на это собрались сотни людей, а увидели – десятки, стоящие в кольце прямо рядом с этим драккаром. Остальные только приподнимались на цыпочках в попытках увидеть, что происходит, и спрашивали друг друга: «Кого сожгли? Кого сожгли?»

Я уж не говорю, что во время главных событий на ристалище, равно как и на небольших событийных площадках, большинству потенциальных зрителей практически негде сидеть. В поисках хоть сколько-нибудь комфортного просмотра при мне с пару десятков людей залезли по деревянной лестнице на покатую крышу одного из зданий. Оттуда можно болезненно навернуться, но они в жажде зрелищ туда просачивались, причем с детьми. А скольким людям не хочется лезть на крышу или сидеть на голой земле или стоя смотреть на интересное, по сути, представление, и они уходят?

Это значит, что фестивалю нужна новая большая сцена-ристалище со зрительским амфитеатром. Возможно, ее просто негде поставить в рамках существующего городка. Тогда нужно думать о его расширении либо строительстве этой сцены неподалеку. А это значит, дополнительное пространство для новых малых локаций и творческих задумок организаторов. А нынешнее ристалище чуть ли не главная проблема для качественного и количественного роста фестиваля.

Далее идут вопросы творческого характера. Например, почему на таком крутом фестивале исторической реконструкции, где все исполнено в средневековой манере, торговые ряды заполнены банальным шашлыком? Ведь можно дать местным кулинарам особые установки, чтобы у них там поросята на вертелах жарились или что-то в таком духе. Это будет новая деталь, фишечка, которая дополнительно украсит сложившуюся атмосферность фестиваля.

Кстати, насчет атмосферности – может, стоит каждый год привязывать тематику фестиваля к какому-то конкретному отрезку времени, относящемуся (для антуража) к конкретному сражению. Это веселее и занятнее для реконструкторов, интереснее для зрителей, дает пространство для фантазии организаторов: какой двухдневный сценарий можно сделать, если тема не просто раннее средневековье, а, например, события вокруг битвы при Гастингсе. На такое можно привозить реконструкторов и зрителей со всей Европы, и всем будет интересно.

Ну и, опять же, в таком случае и по такому поводу на вечерний концерт можно приглашать (при всем уважении к тюменским коллективам, которые действительно очень качественно играют) группы международного калибра, послушать которых, в свою очередь, приедет больше людей.

Выход в свет

Каков вывод: фестиваль «Абалакское поле» – это крутой и свершившийся проект, крайне интересный культурный и туристический продукт. Но нужно признать, что если не дать ему новый импульс, он может в ближайшие годы исчерпать свой формат и постепенно растерять свой магнетизм, популярность и публику. Сейчас же, в момент его расцвета и за год до десятилетнего юбилея, есть повод задуматься и сказать: «Мы создали крутой работающий продукт, сгенерировали большой поток людей, и сейчас самое время его перезагрузить так, чтобы хватило еще на десять лет».

Да, потребуются существенные вложения сил и денег, вырваться из зоны комфорта и выйти из плоскости, чтобы решить очевидные и описанные выше проблемы. Но, я уверен, что если эта цель будет поставлена, ее достигнут. Потому что, во-первых, в Тюменской области умеют реализовывать интересные инвестпроекты, а непосредственно Тобольск ярко выделяется в плане культурных инвестиций. Во-вторых, это вложения с очень надежной окупаемостью как для организаторов фестиваля, так и, в конечном счете, всей Тюменской области, которая получит новый поток событийных туристов.

Так что, я думаю, у «Абалакского поля» есть все для построения большого будущего. Надеюсь, в ближайшие годы мы станем свидетелями этого качественного прорыва.

Комментарии

Колонки этого автора