Тюменцы сняли фильм о молодости

Автор: Павел Захаров

«Вслух.ру» встретился с одним из авторов фильма "Прыжок" Александром Школенко.

Grey

Тюменская кинокомпания «Единство» завершает съемки документального фильма-исследования о молодежи «Прыжок». Местом действия ленты стали европейские и российские города. Российскую часть авторы снимали в Тюмени, Новосибирске, Санкт-Петербурге и Белгороде. «Вслух.ру» встретился с одним из авторов фильма Александром Школенко, чтобы узнать, что такое молодость.

– Здравствуй, Александр! Трейлер фильма, который появился в сети, довольно яркий, динамичный. Расскажи, кто вдохновитель проекта и чьими силами он создается?

– Мысль о проекте появилась весной 2013 года у режиссера кинокомпании «Единство» Николая Данна. Он и продюсер компании Ирина Егорова, собрались весной поехать в Канны, чтобы посмотреть там атмосферу кинорынка, предложить фильмы, которые уже сейчас есть у компании. После чего они предложили нам с Марком Миллером (второй автор фильма, – Прим. авт.) поехать в Европу и снять что-то молодежное. Сомнений в том, что фильм должен быть о молодежи, не было. Мы согласились. У меня нет журналистского опыта, а в фильме я беру интервью у молодых людей. Это было очень интересно!

– Как складываются ваши взаимоотношения со вторым автором фильма, Марком?

– Мы с Марком друзья, но на разных возрастных этапах: ему скоро 18 лет, а мне сейчас 24. Мы прыгаем вдвоем, он в своей теме, я – в своей. У нас разное параллельное переживание того, что происходит.

– Вы заявляете фильм как документальный, с неким исследованием. В чем именно оно заключается? Вы разбираетесь в том, что такое молодость для людей разного возраста и национальностей?

– Мы изучаем молодость не как понятие, а как пространство, в котором люди движутся. Кто-то – к своей мечте, кто-то стоит на месте. Молодость – это период, когда человек развивается, находит себя. Поэтому интересно смотреть, как у кого это происходит, в чем отличия между Европой и Россией.

В нашем фильме будут и китайцы, и американцы. Нам было интересно, чем они поделятся с нами, есть ли у них мечта, какие-то амбиции, насколько они вообще активны на пути к мечте. Мы исследуем и то, насколько эти люди творческие, обязательно ли творчество должно быть видом искусства, может ли оно создаваться каждую секунду.

– Какие то отличия в отношении к молодости у представителей разных стран ты заметил? Или, в целом, это интернациональное состояние?

– Этот вопрос часто задают. Я не видел национальных различий между людьми, их восприятием мира. Скорее есть зависимость от возраста. Мои ровесники, тем кому 22–24 года, уже менее склонны делать выпады и резкие суждения. Они более осмысленны, нежели подростки до 18 лет. Взрослые ребята, юноши, вдумчивы, у них есть своя точка зрения, но они менее амбициозны. Хотя это не говорит о какой-то пассивности. Подростки же, наоборот, проживают каждый момент жизни, они не допускают чего-либо, не входящего в их представления о мире, хотя находятся исключения.

– Что такое, по-твоему, «Прыжок»?

– Прыжок может произойти в каждую секунду. Это стремление проявиться, максимально реализовать свое существо. Выйти из инертного состояния, выпрыгнуть из него, стать более осознанным. Прыжок во всем, в каждой встрече, в каждом общении. С каждым прыжком ты оказываешься на новом уровне и готов делать больше. Если человек действительно выпрыгнул из инертного состояния, ему нет необходимости возвращаться в него. Нужно идти дальше, продолжать двигаться, быть ответственным за себя.

– Какова география проекта? Где вы успели побывать, с кем пообщались?

– Мы начали съемки в четырех европейских странах: Швейцарии, Германии, Франции и Италии. Это была весна 2013 года. Осенью мы решили поехать в Санкт-Петербург, мы рассматривали его как город, который представляет Россию. Это некий конгломерат русской молодежи. Там мы встречали молодежь, которая, в большинстве случаев, приехала из других городов России, а не коренных питерцев. География проекта получилась европейской. В Тюмени мы снимали молодых людей, которые занимаются социальной, политической деятельностью от 18 до 25 лет.

– От 18 до 25 лет – это возраст участников всего фильма?

– Да, средний возраст – 23 года. Были ребята и 15 лет и даже взрослые несколько раз появляются, люди, деятельность которых связана с молодежью.

– Вы задавали всем участникам одинаковые вопросы или импровизировали?

– Есть определенный набор вопросов, который раскрывает тематику. Это удобно для монтажа, чтобы выстроить фильм. Но очень часто возникала импровизация во время общения, получались ответвления или углубления в какую-то тему. Среди вопросов: «Кто ты?», «Как ты ощущаешь свою молодость физически и эмоционально?», «Как ты справляешься с трудностями, возникающими на твоем пути?», «Какая у тебя мечта и как ты движешься к ней?» и другие. Очень частый вопрос – есть ли что-то, что человек хочет в себе изменить, удавалось ли это сделать?

– По какому принципу вы находили людей?

– Все очень просто. Нам нравится человек, мы подходим и общаемся. Если нам и отказывали, то не часто. У всех был интерес, просто у кого-то не было времени. Если в Европе мы в основном общались на улице, то в Питере воспользовались интернетом: высматривали разные творческие мероприятия и посещали их. Также мы нашли популярные тайм-кафе. Там классная атмосфера, мы встречались с их посетителями.

– То есть в ваш фокус попала, скорее, творческая молодежь?

– Деятельная. В антикафе мы общались и с людьми, не относящимися к искусству. По поводу творчества у меня такое мнение, что оно может быть во всем.

– Может тебе запомнился какой-то конкретный участник интервью, его история?

– Со многими получились достаточно глубокие беседы. Интервью длились и час, и полтора. Рано или поздно они выходили на глубокий уровень, становились не просто блиц-опросом. Каждый человек, с которым мы разговаривали, вызывает определенные эмоции. Я не могу сказать, что мне кто-то понравился больше других. Когда я общался с одним парнем из Питера, ему 30 лет, зовут Искандер, то чувствовал, что у нашего общения есть потенциал перейти на телепатическое. Все было настолько глубоко и сердечно, получилось настоящее совместное исследование темы.

– Возникли ли у тебя какие-то сложности в общении с европейской молодежью? С одинаковой ли легкостью ты можешь задать один и тот же вопрос парню в Питере и девушке в Германии?

– Да, я учился на филологическом факультете и изучал английский. В действительности, чтобы подойти к человеку и начать с ним беседу, будь он иностранец или русский, много усилий не нужно. За это время наработался опыт. Поначалу в Европе для меня это было трудновато, потому что я впервые был в иноязычном обществе. Но это быстро прошло.

– А если, к примеру, ты подходишь к человеку, а он по-английски не говорит?

– Мы улыбались, смеялись. Нет так нет. Нужно было погружение в тему.

– Что значат эта поездка и проект для тебя лично? Это твоя попытка понять свою молодость? Это должно как-то помочь тебе?

– Я очень заинтересован в этом проекте и его тематике. Все вопросы, которые я задаю, возникают из моих личных потребностей. Мне самому интересно, что такое прыжок, самореализация. На протяжении всей работы над фильмом я осмысляю то, что мне говорят. И сам стараюсь найти себя. Я вскрываю тему, что отражается на моем внутреннем мире.

– Вы продолжаете съемку или материал уже отснят и пора приступать к его отсмотру?

– Все подошло к завершению. Однако мы решили, что в фильме появятся и взрослые. Возможно, мы сделаем небольшую часть о них, о том как они рефлексируют по поводу своей молодости и ее потенциала. В начале следующего года планируем начать монтаж фильма.Мы хотим объявить творческий конкурс по анимации и мультипликации, которую можно будет использовать в фильме. Также собираемся сделать сайт фильма, который в перспективе перерастет в творческую платформу, основанную на идее фильма: созревании и созидании.

– Сколько часов вы наснимали? Когда появится следующий трейлер и когда ждать сам фильм?

– Пока что я мыслю в категории терабайтов, не могу сказать, сколько это часов. Если интервью в среднем занимало час, а их только в Европе было штук 30 и в России еще около 30… Это около полутора терабайт информации, ведь все снимается с двух-трех камер.

Сейчас мы пишем музыку для русского трейлера и сделали в группе ВКонтакте опрос, кто бы хотел создавать музыку для этого трейлера и фильма. Мы хотим, чтобы вся музыка была создана заинтересованными людьми, а потом выпустить диск. Сам трейлер появится до Нового года или в начале 2013 года. Выпуск фильма намечен на июль 2014 года. Мы хотим сделать презентацию, организовать показ в кинотеатре.

– Сколько составит финальный хронометраж фильма?

– Один час.

– Не жалко будет отсечь такое огромное количество материала?

– Многое войдет фильм в виде дополнительных материалов, остальное – на сайт. Действительно, многое придется упустить при монтаже фильма, поэтому мы опубликуем все на сайте.

– Есть ли перспективы участия фильма на фестивалях?

– Да, конечно, мы будем участвовать на фестивалях, со временем фильм появится в прокате.

– Привлечение всех желающих к созданию музыки в фильме соответствует концепции D.I.Y. (do it yourself – от англ. сделай сам) как и весь фильм. Почему вы остановились на таком варианте?

– Мы хотели использовать в фильме песню Nirvana “Smells like teen spirit” в скрипичной версии Дэвида Гарретта. Я обратился за авторскими правами, но это оказалось очень дорого. Поэтому мы решили написать все сами, и любой может присоединиться. Основная мелодия фильма готова, на нее мне нужно написать слова. И это будет очень интересно, потому что до этого я писал песни только на английском языке, а сейчас хочу на русском. Для меня это тоже своего рода прыжок.

– У кинокомпании сейчас есть другие проекты, помимо «Прыжка»?

– Компания работает с 2010 года. Готовые проекты – «Дух огня в мире Шамана», «Источник», «Учитель танца». Сейчас снимается «Культура денег». Особенность этих фильмов – взгляд изнутри. Причем во всем есть тайна, духовность. В ближайшее время мы хотим снять фильм о Сергии Радонежском, уже есть синопсис, режиссерская экспликация, потихоньку набирается материал.

исследование, фильм, Европа, молодежь, кино, Тюмень

Просмотры: 372

Комментарии