Главреж Алексей Ларичев: В труппе есть талантливые "позвоночники", но мало

Алексея Ларичева, главного режиссера театра драмы и комедии, мы решили посетить накануне восстановления одного из его наиболее удачных и любимых зрителями спектаклей. 24 января на сцене театра драмы и комедии вновь заблистал "Гарольд и Мод", впервые поставленный в 1995 году, а несколько сезонов...

Алексея Ларичева, главного режиссера театра драмы и комедии, мы решили посетить накануне восстановления одного из его наиболее удачных и любимых зрителями спектаклей. 24 января на сцене театра драмы и комедии вновь заблистал "Гарольд и Мод", впервые поставленный в 1995 году, а несколько сезонов назад снятый за ветхостью сложных декораций. Мэтр был немногословен, но за полчаса мы все-таки успели поговорить и о современном российском театре, и о состоянии актерской труппы местного драматического, и о планах Ларичева-режиссера.

- Алексей Иванович, какова история возвращения "Гарольд и Мод"?

- Этот спектакль был любим - и актерами, причем не только теми, кто был занят в постановке, и зрителями - после снятия спектакля много звонили, интересовались его судьбой. Главная особенность этой постановки в том, что она строилась на актерах, на их взаимоотношениях. Так получилось, что актерский пасьянс разложился удачно, актеры как бы сделали некую единую историю: Потом, в силу того, что декорации устарели, мы были вынуждены сделать остановку на несколько лет. А теперь появилась финансовая возможность восстановить спектакль.

- В 1995 году роль Гарольда начинал играть Сергей Кисса, прекрасный актер, который, к сожалению, ушел из тюменского театра, следы его затерялись... Изменился ли спектакль, когда в него пришел Сергей Осинцев?

- Конечно, изменился, другой актер - другой спектакль. Мне кажется, спектакль, в котором работает Осинцев, несколько теплее, человечнее. Кисса, может быть, точнее попадал в некую ажиотажность современной молодежи, некоторую агрессивность, маскимализм.

- Роль Мод, которую играла Анта Колиниченко, была очень сложной, даже в плане физическом - почти акробатические номера останутся в прежнем виде?

- Могу сказать, что упрощаться ничего не будет. Если что-то изменится, то в сторону усложнения.

- А вообще, какой театр вам сегодня симпатичен, какие его течения?

- Ну, раньше был очень симпатичен театр Фоменко, потому что он был направлен в большей степени в сторону изучения человеческой души. Театр Захарова, потому что это уникальная форма, сочетание, опять-таки, человеческой души и его формальных проявлений. Сейчас таких театров не назвал бы. Может быть, я что-то не вижу, чего-то не знаю.

- Тюмень любима антрепризными театрами, но далеко не все их спектакли хорошего качества..

- Ну, опять та самая пена, которая когда-нибудь сойдет. Они приезжают - и пусть приезжают. Если у нас свободная площадка, то почему бы их ни пустить.

- А есть в городе такой проект - "Мастера сердечных механизмов"..

- Это что такое?

- Они привозили Гришковца, несколько спектаклей театра "Школа современной пьесы" Иосифа Райхельгауза, хотят к хорошему столичному театру тюменцев приобщать.

- Хорошо... Я не думаю, что в городе должно быть засилье тюменского театра. Зритель должен иметь возможность сравнить. Он должен понимать. Потому что истинная любовь рождается только тогда, когда человек верит и понимает - вот они такие, мы - такие. Хорошо, когда есть из чего выбирать.

- Большое впечатление на тюменцев произвел спектакль Евгения Гришковца "Одновременно". Как вы театр Гришковца оцениваете?

- Я уважительно отношусь к театру Гришковца, но не могу сказать, что он меня потряс или что я его большой поклонник. Это очень своеобразный театр, очень своеобразный актер, и он достоин всяческого уважения.

- Много сейчас говорят о театре Некрошюса. Но есть отзывы как раз о том, что он играет актерами, как марионетками..

- Говорить о том, что ушло время театра Некрошюса, не могу, потому что это обидно для любого художника. Это тоже своеобразный художник.

- А чем именно он своеобразен?

- Для него характерно прежде всего формальное и неформальное отрицание всего традиционного театра, всего, чему Некрошюса учили, точнее, пытались учить.

- А театр Ларичева - все-таки больше традиционный?

- Нет, я бы так не сказал. Я пытаюсь делать так, чтобы театр Ларичева был разным. Бывают периоды, когда я считаю, что традиционный театр должен быть во главе угла, - это когда театральный мир штормит, когда слишком много экспериментов могут запутать какие-то нравственные ориентиры зрителя. Именно тогда нужен традиционный театр.

- Сейчас такое время?

- Да, сейчас такое время. И наоборот, когда слишком много традиционного, нужно ломать какие-то устои. Вообще, нужно всегда находить золотую середину, вытягивать свою карту.

- Сейчас часто сферу искусства, культуры рассматривают в первую очередь с позиции "рентабельности". Каковы ваши взаимоотношения с "хозрасчетным" театром?

- Он был всегда. И ничего плохого в этом нет. Так было и в послереволюционное время, и в 60-е годы. Что останется? Какие-то коллективы выживут, а какие-то - из тех, что во главу угла ставят только деньги, - конечно, умрут. Останутся те, кто следует своим творческим, эстетическим принципам.

- Какие перспективы вы видите для тюменского театра?

- Самое главное, что открывает очень большие возможности не только для театра, но и для театральной общественности, - это строительство нового здания театра. В том месте, в котором оно должно быть.

- Где это место, по-вашему?

- На площади 400-летия Тюмени.

- Евгений Негинский допускает возможность годичных гастролей театра - в случае, если старое здание станет опасно для жизни, а новое еще не выстроят..

- Думаю год наше старое здание в любом случае еще простоит.

- Но если возникнет необходимость перебраться на время в какой-нибудь ДК?

- К переезду стационарного театра на любую другую площадку - не родную, не намоленную - я, конечно, отношусь плохо.

- На лето у театра намечены гастроли. Что хотите показать?

- Мы еще не думали об этом. Конечно, повезем лучшие спектакли, 8-9 названий. А то, что театр не может обходиться без гастролей, - это совершенно точно. Любые гастроли - это лакмусовая бумажка всего коллектива. Проверка, которая дает понять, правильно ли мы движемся. А вариться только в собственном соку, даже в условиях хорошо посещаемого театра - это всегда очень опасно.

- А что бы вы хотели выставить на конкурс в рамках "Золотого конька"?

- Об этом пока тоже не думал.

- Вы, я знаю, выбираете спектакль для новой постановки. Какие мысли на этот счет?

- Портфель у меня очень большой, где-то около 40 названий. Что я выберу, зависит от массы причин. Сейчас сразу "заряжаются" три режиссера. Я должен попасть так, чтобы не мешать им, чтобы актерский пасьянс, который раскладывается у меня, разложился и у них. Чтобы по эстетике эти пьесы не были похожи.

- Но ведь есть же душевная склонность сделать что-то определенное?

- Есть несколько названий. Но их пока невозможно поставить. Опять-таки в силу разных причин: в силу отсутствия тех актеров, которых мне бы хотелось видеть, технических условий.

- Не скажете, какого все же рода эти вещи?

- Это "Иванов" Чехова, "Сон в летнюю ночь" Шекспира..

- Вот по поводу актеров. Вообще, как вы труппу оцениваете? Питерские критики сказали: очень сплоченная, хорошая.

- Я высоко оцениваю труппу. Она в чем-то уникальна, если сравнивать с другими российскими коллективами. Уникальна не только по своей внутренней организации, сплоченности, по своим нравственным каким-то установкам, но и еще и потому, что есть в ней свои талантливые "позвоночники". Мало их, хотелось бы больше, но все-таки есть.

- А молодые актеры, можно сказать, что они хорошо вписались?

- Молодежью я доволен. Во-первых, они вошли не со знаменами в руках, они вошли мягко, уважительно, что, на мой взгляд, хорошо, во-вторых, вошли через парадную дверь, не с черного хода.

- Рассчитываете ли вы еще расширять труппу за счет молодых актеров?

- Не знаю пока.

- Есть у нас молодежный "ТЕАТРиК" Татьяны Тарасовой..

- Я, к сожалению, с ним не знаком. Никак не могу попасть.

- 30 января будет их спектакль "Костюм" в кукольном театре.

- Не знаю, не знаю, смогу ли увидеть, у нас масса дел.

- А вообще, вам это интересно, что такой театр появился?

- Конечно. Если он живет какой-то своей жизнью. Я знаю, что о нем говорят, и люди с удовольствием ходят - уже хорошо.

- В театр постоянно приглашаются режиссеры из других городов.
Нет ли ревности?


- Это, конечно, опасная история.. В советские времена вообще не позволялось приглашать режиссеров, ну, что ли, поскандальнее, поспособнее. Я сторонник другого подхода. Я считаю, что чем больше интересных режиссеров будут ставить в театре, тем лучше. Все равно - это мой театр, наш театр - и все новые режиссеры будут работать в копилку именно нашего театра.

- Есть мнение, что публика в Тюмени невоспитанная, недостаточно чуткая, вообще недостаточно.. театральная..

- У кого такое мнение? Я такого не слышал. Публика разная, и это нормально. Тюмень очень многослойна - она этим тоже отличается от многих российских городов, от Омска, от Свердловска, например. Поэтому мы - тот театр, который должен выполнять функции по-настоящему народного театра, мы должны удовлетворять все слои населения. И это правильно, ведь мы - государственный театр.

- Вам не кажется, что в театр как раз не ходят представители многих слоев?

- Я бы так не сказал. Мы проводим социологические исследования, смотрим, наблюдаем за зрителями. Они приходят, приходят разные - от случайных до по-настоящему театральных.

- Но вот эта, по-настоящему театральная публика немногочисленна!

- Почему? Для города в 700 тысяч населения это достаточное, я считаю, количество театральной публики - если она наполняет первые четыре спектакля.

- Уже идет подготовка к большому "пиршеству" театральной публики, чего вы ждете от "Золотого конька"?

- Жду хороших спектаклей, хороших коллективов, знакомств, как говорят сегодня, тусовок, разговоров, обмена мнениями. Объективных, доброжелательных критиков. Праздника.

- А к недоброжелательной критике как вы относитесь?

- А никак. Для меня просто ее нет. Потому что, если я вижу, что позиция человека не имеет отношения к театру и к искусству, мне он становится неинтересен. Если он заказной - тем более.

- Профессиональная театральная критика...

- Ее все меньше.

- Да, но есть журналисты, которые пишут о театре с позиции обыкновенного зрителя, в том числе и выражая недовольство.

- Это их право. Когда человек пишет от души, даже если ему не нравится спектакль, но видно, что это его честная позиция, он так думает - это нормально и заслуживает уважения. Но если видно, что это заказной материал либо что человек нечестен в том, что он пишет, - вот это обидно.

- На фестиваль приглашены критики из Москвы и Питера, насколько значимо для вас их мнение?

- Важны фамилии. Сами по себе названия столиц для меня не имеют значения. В Москве бездарностей поболе, чем в Тюмени, в Питере их тоже хватает.

- Ну а "Конек" кто приезжает судить?

- Это серьезные критики. Например, я очень уважительно отношусь к Ирине Григорьевне Мягковой - она всегда очень хорошо разбирается в спектакле. Даже если она его критикует, она его любит. Критик - это человек, любящий театр. А если критик не любит театр - вот это страшно. Да еще если он способный, а еще если он талантливый - это страшнее вдвойне.

- Вообще, театральную жизнь Тюмени вы считаете достаточно интенсивной?

- Мне, конечно, хотелось бы большего. И большей конкуренции, и каких-то фестивалей, открытий, событий, премьер. Говорить, что достаточно, это какая-то точка... А ее не должно быть.

Справка "Вслух о главном"

Ларичев Алексей Иванович, родился 5 марта 1963 года.
С 1973 года - актер народного театра "Молодая гвардия" под управлением народного артиста РСФСР Бориса Васильевича Лохина.
1980-1984 гг. - Казанский государственный институт искусств и культуры (ныне - Казанская академия искусств). Кафедра театральной режиссуры и актерского мастерства, курс заслуженного деятеля искусств РСФСР, лауреата премии им. К. С. Станиславского Натана Изральевича Басина и Натальи Николаевны Гаевой.
Работа в качестве главного режиссера:
1984- 1994 гг. - Бугульминский государственный русский драматический театр.
С 1994 г. - Тюменский областной государственный театр драмы и комедии.
1989 г. - Творческая командировка во Францию (Авиньонский международный фестиваль) - как самый молодой главный режиссер театра СССР.
1990 г. - Стажировка в США (Лос-Анжелос, Санта-Фэ, Нью-Мехико).
Приглашение одного из ведущих психологов Голливуда Роберта Рейера (психолог-консультант Стивена Спилберга). При участии Роберта Рейера и старейших звезд американского кинематографа Карла Уолдана, Бержиса Мередита и Георгия Жданова - сподвижника Михаила Чехова был создан совместный проект "Театральная провинция Америки и СССР". Проект в силу смены политической ситуации не осуществился. Участие в Work-shop "Психосинтез и система Станиславского", знакомство со школами Ли Строзберга, Стеллы Адлер, Тед Мена (Театр Сокол ин зе сквея, Нью-Йорк).
1991 г. - член СТД.
1995 г.- член Правления СТД.
За 1984-1998 гг. - 46 постановок в профессиональных театрах России.
Тюменский областной театр драмы и комедии:
1994 г. - Non Dolet - Жан Ануй
1995 г. - Гарольд и Мод - К. Хиггинс и Ж. К. Каррьер
1995 г. - Мой бедный Марат - А. Арбузов
1996 г. - Эквус - П. Шеффер
1996 г. - Жажда над ручьем - Юлиу Эддис
1997 г. - Нахлебник - И. Тургенев
1998 г. - Мамаша Кураж и ее дети - Б. Брехт
1999 г. - Дорогая Памела - Дж. Патрик
2000 г. - Дама с камелиями - А. Дюма
2000 г. - Продавец дождя - Р. Нэш
2001 г. - Убийство Гонзаго - Н. Йорданов
2002 г. - Чума на оба ваших дома - Г. Горин
2003 г. - Квартет - Р. Харвуд.

Просмотры: 1086

Комментарии