Banner

Мария Кондратович: Моей первой зарплаты хватало только на автобус

Вслух.ру

Во вторник, 4 июня, на сайте "Вслух.ру" состоялась онлайн-конференция с главным редактором радиостанций "Красная Армия", "Европа Плюс", "Ретро FM" Марией Кондратович.

Во вторник, 4 июня, на сайте «Вслух.ру» состоялась онлайн-конференция с главным редактором радиостанций «Красная Армия», «Европа Плюс», «Ретро FM» Марией Кондратович. Мария – успешный медиаменеджер, обладательница прекрасного голоса и создатель собственных курсов голоса и речи.

В прямом эфире она рассказала о том, куда движется радио, почему так массово падает культура речи в медиа, а также что делать тем, кто очень хочет попасть в радио и телеэфир, не обладая при этом достаточными голосовыми данными.

— Обратил внимание, что среди ведущих на телевидении всё больше выпускников академии культуры, а выпускников ТюмГУ всё меньше. Мне, конечно, как выпускнику университета, немного обидно, но не показательно ли это – в университете перестали учить правильной речи, и она сохраняется только там, где учат актерскому мастерству? ТюмГУ сдает свои позиции? Артем.

Во-первых, я выпускница ТюмГУ и стараюсь за весь вуз отдуваться. Что касается нашего утреннего шоу на радио: я и мой соведущий из ТюмГУ, еще один мальчик – из нефтегаза. Из академии культуры у нас Тимур Шквал и Юлия Бутакова.

По большей части, на сегодняшний день работают выпускники нефтегаза, которых никто не учил технике речи, голосу, азам журналистского мастерства. Сейчас наблюдается тенденция – не очень большое значение играет то, какой вуз ты окончил. Академия культуры здесь не показатель, хотя, хорошо, когда человек приходит подготовленным, с поставленной сценической речью. Но сценическая речь отличается от грамотной медийной речи, в ней присутствуют такие выражения, как «коришневый», «булошная», «под дожжем». Эта речь необязательна в эфире, на федеральных каналах и радиостанциях так не говорят.

— Я тюменское радио не слушаю, потому что ведущие говорят поверхностные глупости, только что пришедшие им в голову, это отвратительно, даже если голос их звучит приятно. А у некоторых и голос противный. Ирина.

— Достаточно сложно рассуждать о том, что не слушаешь. Есть радиоведущие, которые говорят поверхностно, но, согласитесь, редко кто-то приходит на радио, врывается и начинает говорить какую-то отсебятину. Присутствует подготовка к эфиру.

Противные голоса — субъективное мнение. Конечно, в жизни встречаются люди с неприятными голосами, но даже у них есть поклонники и им легче выделиться. Сидит человек, голос противный, но я не переключу канал, потому что хочу услышать, что скажет этот противный голос дальше.

Человек не любит радио, не слушает. Может, он когда-то разочаровался. Может, стоит попробовать снова втянуться, какой-нибудь ведущий понравится, какой-нибудь голос. Со своей стороны могу сказать, что я работаю в эфире радиостанции «Красная армия», у нас в принципе не приветствуется, чтобы ведущий говорил то, что видит. К каждому эфиру, даже к линейному, комментарии от песни к погоде или от новостей к программе должны быть заранее прописаны.

У нас в городе вместе с приезжими около 800 тыс. населения и около 26–29 радиостанций. Это огромное количество для радиоканалов для Тюмени, выбор огромный. Любую радиостанцию сейчас можно послушать в Интернете.

— Мария, здравствуйте. У меня два вопроса. Ваш обучающий курс голоса и речи полезен только тем, кто мечтает стать радиоведущим? Или среди ваших учеников есть и обычные люди, которым красивая грамотная речь необходима в другой, немедийной работе? Любовь.

— Здравствуйте, нет. Когда, я задумывала свои курсы, предполагала, что они будут для радио и телеведущих, которые хотят заняться техникой речи. Но опыт показал, что на первый мой курс пришло 5 процентов тех, кто хочет работать на радио, и 95 процентов тех, кто хочет заниматься для себя.

Мне даже пришлось немного трансформировать программу и сделать больший упор на снятие «зажимов», вытаскивание природных данных, ударения (это самая больная проблема), региональный говор и все, что нужно для обычного человека в бизнесе, жизни, для публичных выступлений.

Радиоведущие — это моя любовь. Я готовлю ребят, у которых есть желание. Мы, когда начинали, были готовы в любое время дня и ночи бесплатно работать. Помню, что моей первой зарплаты хватало только на автобус, приехать на радио, уехать, еще купить кофе 3 в 1. Сегодня же у молодых людей несколько иные требования: «сколько я буду получать, у меня мало времени, я еще учусь, у меня параллельно бизнес». Смотрю на них и думаю, ребята, вы действительно хотите работать?

— Не было желания создать такие курсы для бизнесменов и публичных людей?

— Желание есть, другой вопрос, что эти люди не хотят приходить и при всех заниматься. У них статус, репутация, они стесняются. Речь идет только об индивидуальных занятиях. Они могут обратиться, сказать, что немножко неправильно разговаривают, но чаще стесняются признаться себе в этом. Если такой человек обратится ко мне, мне будет очень интересен такой опыт.

Я не позиционирую себя как супер-специалиста в речи, в голосе, всегда говорю, что научу тому, что умею сама. А что-то за 13 лет работы на радио я все-таки умею.

— Вопрос о радиостанции «Серебряный дождь». Как вы оцениваете в целом этот проект? Каково ваше мнение о ведущих и их манере общения с гостями, со слушателями? Любовь.

— Мой ответ не может быть объективным, все-таки это коллеги и конкуренты. О них только хорошо либо никак. Но я люблю этот проект, считаю очень хорошей радиостанцией и с большим уважением отношусь как к любой нишевой радиостанции, не рассчитанной на массы.

Нужно представлять, что таким радиостанциям гораздо сложнее существовать. Если мы ставим музыку, понятную всем, говорим о вещах, понятных всем, то рейтинги и продажи будут высокие, все в шоколаде. Когда занимаешь определенную нишу, поднимаешь темы, не близкие широкому кругу слушателей, и ставишь музыку на ценителя, нужно смириться с тем, что ты никогда не выйдешь на первые строчки рейтинга.

Я очень уважаю таких людей. Сюда же я могу отнести «Красную армию», потому что наш музыкальный формат ну никак не массовый. Поэтому есть определенные сложности, но тем интереснее работа. Гораздо проще взять какой-нибудь Топ-40 популярных песен, ставить их, и все будут балдеть.

Когда находишь другие пути, это уже другая работа, определенный риск. По поводу манеры общения ведущих не берусь судить, не могу сказать, что я полностью в теме, но понимаю, о чем хочет спросить Любовь, о каком-то моменте высокомерия. Когда люди позиционируют себя интеллектуалами, к ним в эфир звонит какой-то человек, а ему говорят, что он задает глупый вопрос. Очень сложно не скатиться до пренебрежительного отношения.

Есть один коллега, работающий на московской радиостанции. Мне страшно бывает за людей, которые ему звонят. Вот цитата: позвонила женщина, высказала свое мнение, а он ей сказал – «Вы не пробовали включить мозг?» Затем он ее оскорбил, заметив: «А потом еще скажут, что я унижаю женщин, а ведь это не женщина, это существо!» Думаю, не дай бог дозвониться туда, весь день насмарку.

— Планируются ли авторские программы, как «Профилактика» на «Маяке», например? С видео из студии в прямом эфире.

— «Европа плюс» и «Ретро-ФМ» – московские станции, здесь работа строится строго по их формату, который придуман не нами. «Красная армия» – местный продукт, который на 100 процентов создается в Тюмени, достаточно ориентированный на запрос аудитории. Если наша аудитория захочет и такая программа будет востребована, такой проект появится.

Что касается вещания из студии. У нас новая студия, мы очень долго к этому шли. Разрабатывали с участием генерального директора дизайн студии и теперь планируем разобраться с веб-камерами, чтобы люди могли не только слышать нас, но и видеть. Любая программа на «Красной армии» сможет транслироваться с помощью видео в Интернете. Думаю, что это дополнительная функция, которая совершенно необязательна, потому что радио в первую очередь слушают. Но сейчас есть огромные возможности, кто-то пользуется ими, кто-то нет.

Кстати о «Маяке», там это организовано на высочайшем уровне. Я не знаю, как они снимают, но там несколько ракурсов.

— Там это хотя бы как-то оправдано. К ним каждый день приходят люди, на которых хотелось бы посмотреть.

— Конечно. А если радиостанция формата «дэнс», то смотреть на одного человека, когда он ставит музыку, кофе пьет и ничего не происходит…

Я была один раз на радиостанции в маленьком городе нашей области, не буду говорить в каком. Я была в огромном удивлении, когда увидела чистое поле, в этом чистом поле, куда кое-как проберешься, стоит какая-то изба. В ней какой-то старый диван, который кто-то, наверное, привез с дачи. На старом диване сидит девочка в шортах и шлепках и ставит музыку. Больше там никого нет.

Я спросила: как же ты одна-одинёшенька тут сидишь? Она говорит: нормально, вы вещаете с другого города, я помогаю. Может быть, если поставить там веб-камеру, это и стало бы хитом.

— Попов или Маркони? Денис.

— Было бы странно, непатриотично, если бы я сказала Маркони. История изобретения радио очень сложная. Один подал сигнал, но не запатентовал, другой присоединился, собрал, запатентовал. Еще и Герц присутствовал. Кто-то называет и другие фамилии.

В России считается, что радио изобрел Попов. Маркони — это мировое имя. Но разные страны называют свои фамилии, даже Белоруссия. По Интернету бродит шутка: Попов радио изобрел, а слушать нечего. Когда мы отмечаем День радио, рисуем на открытках Попова.

— Почему в Тюмени нет разговорного информационного радио, аналогичного «Эхо Москвы»? Есть ли у такого радио перспективы в Тюмени, на ваш взгляд? Владимир.

— Многие журналисты в Тюмени хотели бы попробовать создать такое радио. Но здесь огромное количество тонкостей. Нужна частота, разработанная, завоеванная, выигранная в Москве. Как это происходит: частота разрабатывается, все едут в Москву и доказывают, почему именно они. Потом встает финансовый вопрос.

Если все это отбросить, если бы сказали: «Ребята, вот есть частота для разговорного радио», то наступили бы следующие сложности. У нас не так много в Тюмени людей, которых можно постоянно звать на разговор, хотя они есть.

Если уже хоть один человек интересуется этим вопросом, значит радио востребовано, спрос есть. Думаю, его бы слушали. Но нужно понимать, что это огромная редакция, потому что информационное радио — беспрерывный поток новостей, работа с гостями, ведущими. Когда-нибудь оно, все-таки, должно появиться. Если оно не будет финансироваться государством, его нужно будет как-то продавать, что непросто. Некоторые скажут: что это за радио, сплошная говорильня.

Меня, к примеру, спрашивают, почему в Тюмени нет радио с цыганской музыкой. А кто будет покупать там рекламу? Я не думаю, что фанатов цыганской музыки так много. Все упирается в то, что радио зарабатывает на рекламе, за счет нее и живет. Если мы не говорим о государственных радиостанциях.

— Примеры таких радиостанций мы знаем очень хорошо. Они отличаются своей оперативностью, буквально из студии звонят человеку, он, ни с кем ничего не согласовывая, дает внятный комментарий. У нас такого ресурса хватит?

— Если фанаты своего дела будут этим заниматься, то получится. У информационных станций сеть корреспондентов во всем мире, которые получают зарплату, работают круглосуточно. Мы не можем до восьми часов вечера читать новости, а потом включать «дэнс-дэнс». Если нужно talk-радио, нужен огромный штат журналистов. Это сложно.

— Почему все радиоведущие говорят одинаковыми голосами одинаковые фразы? Зачем это нужно? Как научиться говорить ни о чем безликим голосом? Как называется такая профессия на самом деле? Георгий.

— Что я могу сказать… Георгий имеет в виду некую заштампованность. Он никого не отличает. Георгий, мягко говоря, не прав. Все ведущие, на всех радиостанциях, если будут произносить одинаковые фразы, то завтра радио исчезнет.

Здесь нужно подключить талант к копированию и подражательству, имитации. Это, между прочем, очень просто. Попробуйте с месяц пародировать диджея, который говорит одинаковым голосом одинаковые фразы, и у вас все получится.

Если серьезно, то если мы возьмем «Европу плюс», «Красную армию» и «Ретро-ФМ», внимательно их послушаем, то поймем, что подача абсолютно разная. Я говорю об этом своим ученикам, и они это замечают. Есть фирменная подача «Европы плюс», у других станций. Послушайте американские радиостанции, религиозные, спортивные, кантри, хип-хоп.

Мы сами не любим заштампованность, но я не скажу, что это бич нашего времени. Когда на радиостанции в линейном эфире появляется человек, который отличается от всех остальных, он начинает делить аудиторию пополам. Кто-то цепляется за это и влюбляется в ведущего, но такая же половина аудитории говорит, что его невозможно слушать.

— Есть замечательный канал «Культура», но если посмотреть аудиторию канала и развлекательного канала, то они будут очень разными. Если создать такую радиостанцию, которую захотят слушать Георгий и Ирина, долго ли она протянет?

— Не совсем подкрепленные реплики. Это то же самое, что сказать, что во всех фильмах снимаются одни и те же актеры и говорят одни и те же диалоги.

— У нас в городе были проекты по запуску интернет-радио. На ваших радиостанциях отслеживается количество слушателей интернет-версий эфиров, есть ли там какая-то динамика? Артем.

— «Красная армия» присутствует в Интернете везде, где может: сайт redarmy.fm, мы вещаем там и в соцсетях. Есть приложение для iPhone и iPad, там очень легко отследить. Динамика сильно меняется в зависимости от времени суток.

Мы ориентируемся на Москву, «Красную армию» любят и хорошо знают в Москве, кстати. Они просыпаются и ложатся спать позже чем мы и динамика идет в зависимости от жизни этих людей.

«ВКонтакте» и в «Одноклассниках» мы есть. Удивительно, но в «Одноклассниках» «Красная армия» часто бывает в рекомендуемых.

С каждым годом мы все больше и больше погружаемся в Интернет, но и сказать, что традиционных слушателей становится все меньше и меньше, я не могу.

— Мария, кто готовит вам утреннее шоу? Ксения.

— Утреннее шоу готовим сами. Если мы говорим про оформление эфира, джинглы, отбивки, бэки, подложки, все это готовит продакшн-студия. Мы активно сотрудничаем с Москвой. Рубрики, игры, новости, шутки, юмор, все это готовим мы втроем, ведущие утреннего шоу.

Это сложно. Недавно приехала из Москвы, там встречались с программным директором одной радиостанции, которая вещает в Берлине. Он был весьма удивлен, что утреннее шоу делают люди, которые его же и ведут. У нас в Тюмени это норма, а там работает целая толпа, продюсеры, редакторы, люди которые подбирают гостей, встречают их, готовят.

Мы у него интересовались, как это должно быть построено, он сказал, что те люди, которые говорят в микрофон, ничем больше не должны быть заняты, потому что это уникальное умение: пошутить, подхватить, развить.

На «Европе плюс» в Москве даже есть отдельная комната для утреннего шоу. Там они имеют возможность отдохнуть, подготовиться к эфиру. Они ушли вперед.

— Подскажите пару упражнений, чтобы можно было понизить голос, не для радио, а так, для жизни. Павел.

— Есть одно упражнение. Понизить голос хотят очень многие. Для того, чтобы понизить голос, нужно на украинский манер громко кричать имя Галя. Лучше даже встать и достать из своего голоса все низы. Нужно кричать очень громко, представить, что Галя там на улице, а ты ее зовешь. Это нужно, все-таки, делать под присмотром специалиста, чтобы связки не сорвать, поаккуратнее. Но вот когда вы будет звать Галю каждый день минуты по три, голос у вас станет ниже, это разрабатывает нижние обертоны голоса.

— Я хочу избавиться от тюменского акцента, а ходить на курсы мне некогда. Скажите, Маша, есть какие-нибудь методы коррекции произношения в домашних условиях? Ирина.

— Когда люди приходят на мой курс, я сразу же предупреждаю: не обижайтесь, но я буду говорить про все ваши недостатки, потому что это в ваших же интересах. Когда на радио приходят работать люди, первое с чем мы боремся — тюменский говор.

Люди спрашивают, как он проявляется. Западносибирский, уральский говор — это оканье. Есть ударная буква, к примеру, в слове молоко. Мы часто зажевываем слова, говорим «млако», не ставя никуда ударение. Когда выделяется ударная буква, это уже шаг на пути к успеху.

Москвичи выделяют предударную гласную. Это московский неправильный говор, коренные москвичи так не говорят. А вот приезжие, которые хотят говорить как москвичи, тянут предударные.

Когда мы делаем ударение, предударная гласная меняется на «а», а остальные на «ы». Получается «мы-ла-ко». Вот это будет правильно. Напишите слово барабан и сделайте то, что я сказала, получится «бырабан».

Безусловно, первое время это смотрится утрированно, потом все приходит в норму, и вы избавляетесь от тюменского говора. Если вам лень вникать в ударные и предударные, просто слушайте людей, посмотрите в Интернете, как читают стихи. Просто старайтесь подражать.

Нам же в Тюмени не с кого взять пример. Поинтересуйтесь, послушайте аудиокниги. Я могу порекомендовать Юрского. Он очень много читает. Рекомендую своим ребятам много читать вслух. Возьмите книгу, которую вы любите, читайте вслух при любой возможности.

Гарантирую тем, кто будет месяц ежедневно читать вслух и пародировать тех людей, которые говорят грамотно, что у них появятся результаты. Ирина, вам удастся избавиться от акцента. Это даже не акцент, а региональный говор. Он в разных регионах свой, где-то якаяют, где-то окают. Было бы желание, голос и речь требуют такой же тренировки как в спорте.

Призываю всех ходить в театр. У нас в Тюмени шикарный большой театр. Пересмотрите весь репертуар. Вы там услышите богатую русскую сценическую речь.

— Маша, как вы считаете, какой женский голос сексуальнее – низкий и «загадошный» или нежный, как у птички?

— Нужно спрашивать мужчин, какой голос их больше заводит. Мы проверяли с учениками. Предложила им какое-то время отвечать на телефон так, словно вам позвонил Иван Ургант. Как вы ему ответите? Вы задумаетесь о том, как звучит ваш голос.

Низкий и загадочный голос должен быть уместен. Если я всегда буду так говорить, люди подумают, что я переигрываю. А чересчур тихий голос просто сложно слушать. Бывает сложно сконцентрироваться на том, что человек хочет сказать таким голосом. Есть еще проблема, когда человек просто ленится ртом шевелить.

Когда голос как у птички, это тоже приятно. Такая слабая женщина, которую хочется защитить. Главное, пусть он будет нежным, а не просто тихим или глухим.

Не думаю, что Рената Литвинова, когда жарит дома яичницу, кричит таким голосом. Это образ. Все должно быть гармонично. Если одно подходит Литвиновой, другому это может не подойти. Кому-то просто не подойдет, к примеру, низкий бархатный голос.

Самое главное, расставляйте ударения и не ленитесь шевелить ртом. Будьте гармоничны в своем образе. Если есть какой-то актер, политик, врач, который вам близок, копируйте его манеру, и это будет звучать классно.

— Мне кажется, в жизни радийщиков постоянно происходят какие-нибудь курьезы, расскажите о каком-нибудь запомнившемся вам случае.

— Курьезы происходят. Как правило, если это настоящий курьез, то он неприличный. О нем и не расскажешь. Немножко ложное представление о том, что мы все живем в курьезах. Это не совсем так, но бывали смешные случаи.

Вот, вспомнила, была на заре моей работы на радио программа по заявкам. Люди часто, когда просят песни, не знают, кто их поет, и выхватывают одно слово. Они, например, говорят: песня про сынка. Ты начинаешь перебирать: может, «Чай вдвоем» – «Сынок»? Нет! Может быть, Данко? Нет! Потом выясняется, что это песня группы «Несчастный случай» «Что ты имела ввиду». Там есть слова – «и почему твоя мамаша назвала меня сынок». Для человека это песня про сынка.

Как в анекдоте, песня про кота – «ката меня ты позовешь», или песня про СПИД – «спит придорожная трава». Я помню, что однажды у меня попросили песню из «Титаника», а у меня вылетело из головы, кто ее поет. Я выбегаю в коридор, там сидят незнакомые ребята, спрашиваю их: «Титаник», кто? Они: Селин Дион. Я им кричу спасибо и убегаю, а потом мне говорят, что эти ребята из группы «Жуки», они пришли на интервью.

Самый смешной случай, о котором даже стыжусь рассказывать, произошел в День радио. Я не знала, что вечером у меня эфир. Это был мой первый День радио, я была очень гордая, что работаю, мы хорошо отмечали. Потом меня берут и говорят: «Ты че, Кондратович, у тебя же эфир!» Можно не продолжать. В тот вечер меня уволили. Я списываю это на юность, мне было 19 лет, сейчас я, конечно, так бы не сделала. Профессионалы так не поступают.

Мы не вспоминаем случаи, когда ты читаешь новости, а тебя щекочут. Это уже издевательство коллег. Как-то раз мои коллеги настолько расслабились, что звезд ко мне на интервью начали просто водить, не давая никакой возможности подготовиться. Заходит коллега и говорит: «Маш, у тебя сейчас будет интервью с Леонидом Смирнитским, кто такой – не знаю, возьми интервью». Я думаю, так, актер Валентин Смирнитский, не Леонид. Кажется, он приезжает в Тюмень, я даже знаю на какой спектакль. Более того, я даже знаю, кто автор спектакля, и немного о самом Валентине. Заходит наш знаменитый актер, думаю, вот вы, коллеги! А если б я его назвала Леонид? Такие ситуации тоже бывают.

конференция

Просмотры: 1467

Комментарии